Позиция США по вопросу создания палестинского государства — как и по любому другому вопросу — должна определяться интересами самих Соединённых Штатов, а не симпатиями к Израилю или арабским странам, и не стремлением выглядеть «честным посредником».

Способствует ли палестинское государство интересам США — или подрывает их?

Приверженность Госдепартамента США к идее палестинского государства, как и распространённая на Западе «общепринятая мудрость», во многом основана на умеренных заявлениях Палестинской администрации в общении с западной аудиторией. Однако эта умеренная риторика резко меняется на язык ненависти (антисемитский, антиизраильский и антиамериканский) при обращении к школьникам, прихожанам мечетей и аудитории арабского мира. Взаимодействие с Западом зачастую основано на древней тактике «такия» — дозволенной в исламе практики сокрытия истиных намерений ради достижения стратегических целей. В то же время учебные программы и официальные проповеди в мечетях представляют собой наиболее аутентичное отражение мировоззрения Палестинской администрации.

Госдепартамент и многие западные политические деятели формируют своё мнение о палестинском государстве, исходя из гипотетического будущего — предполагаемого реформированного палестинского руководства. Однако с момента подписания соглашений в Осло в 1993 году такие ожидания неоднократно опровергались реальностью. Это предполагаемое «новое» палестинское руководство должно было бы отказаться от терроризма, пропаганды ненависти, признать демократию, права человека и существование еврейского государства. Однако базовая идеология Палестинской администрации остаётся неизменной: не сокращение размеров Израиля, а полная ликвидация «неверного и незаконного сионистского образования» от реки Иордан до Средиземного моря.

В отличие от западных политиков, арабские лидеры относятся к палестинской риторике с изрядной долей скептицизма. В арабском мире не платят пошлину за слова, и потому между словами и делами часто лежит глубокая пропасть — особенно в палестинском вопросе. Арабские лидеры судят по делам — а палестинский «опыт» в отношениях с другими арабскими странами стал образцом неблагодарности, подрывной деятельности и предательства.

В отличие от западных стратегов, ориентированных на настоящее и будущее, арабский мир строит политику на основе исторической памяти — как минимум со времён VII века. Например, они помнят, как в 1950-х годах палестинское руководство предало Египет, сотрудничая с террористами «Братьев-мусульман» против правительства, приютившего их. После этого они перебрались в Сирию, где вскоре вновь предали своих хозяев. В 1970 году они подняли вооружённое восстание в Иордании, спровоцировав гражданскую войну и вынудив короля Хусейна изгнать их в Ливан. Там, в 1970–1982 годах, палестинцы спровоцировали череду гражданских войн, вызвали сирийское вторжение и в итоге были выдворены в Тунис. В 1990 году они предали Кувейт — самую щедрую из своих арабских «приёмных» стран, которая предоставила им гражданские и экономические привилегии. Поддержав вторжение Саддама Хусейна в августе 1990 года, палестинцы приветствовали его как «современного Салаха ад-Дина». В ответ эмира Кувейта, вернувшегося к власти, изгнал почти всех 400 000 палестинцев — и ни одна арабская страна по сути не выступила в их защиту.

Арабские лидеры также осознают систематическое сближение палестинского руководства с радикальными и насильственными антиамериканскими силами по всему миру: нацистской Германией, советским блоком, режимом аятоллы Хомейни, международным терроризмом на Ближнем Востоке, в Азии, Африке, Европе и Латинской Америке, а также с «Братьями-мусульманами» (крупнейшей суннитской террористической организацией), Северной Кореей, Венесуэлой, Никарагуа, Кубой, Россией и Китаем.

У арабских лидеров нет иллюзий: они не ожидают, что палестинское государство будет вести себя иначе, чем за последние сто лет, и рассматривают его скорее как источник нестабильности, способный усилить конфликты и поставить под угрозу проамериканские и относительно умеренные арабские режимы. Поэтому, несмотря на дружелюбную риторику в адрес палестинцев, арабские государства избегают каких-либо конкретных действий в поддержку идеи палестинского государства. Арабы никогда не прибегали к военной силе и крайне редко — к финансовым рычагам ради палестинцев. Ни одна арабо-израильская война не была вызвана исключительно палестинским вопросом, и ни один из шести мирных договоров между Израилем и арабскими странами не ставил создание палестинского государства в качестве предварительного условия. Проще говоря, арабские государства никогда не жертвовали собственными национальными интересами ради палестинцев.

Арабские режимы хорошо понимают, что создание палестинского государства к западу от реки Иордан станет угрозой проамериканскому Хашимитскому режиму в Иордании. Об этом открыто говорил покойный король Хусейн после подписания соглашений в Осло в сентябре 1993 года, и повторил во время подписания мирного договора между Израилем и Иорданией в октябре 1994 года.

Падение режима в Иордании, по мнению арабских лидеров, откроет дорогу превращению страны в плацдарм для антиамериканского исламского терроризма. Это спровоцирует гражданскую войну между различными палестинскими фракциями, «Братьями-мусульманами», проиранскими боевиками и террористами ИГИЛ. Подобный хаос может вызвать эффект домино: нестабильность перекинется в Синайский полуостров, усилятся попытки «Братьев-мусульман» свергнуть проамериканский режим президента Сиси в Египте. Волна дестабилизации может дойти до Аравийского полуострова, угрожая Саудовской Аравии и другим арабским нефтедобывающим странам, союзникам США. Результатом может стать передача контроля над 48% мировых запасов нефти и ключевыми торговыми морскими путями между Азией и Европой — в руки антиамериканских режимов: Ирана, «Братьев-мусульман», Китая или России. Это резко усилит центр исламского терроризма и нанесёт тяжёлый удар по внутренней безопасности и экономике США, предоставив стратегическое преимущество их противникам.

В отличие от Госдепартамента США, склонного верить в гипотетические «реформированные» версии Палестинской администрации, арабские лидеры исходят из реалий: «палестинский леопард не меняет пятен» — он меняет лишь тактику, но не стратегию.

Источник The Ettinger Report

Телеграм канал Радио Хамсин >>