Война Израиля против ХАМАСа в секторе Газа на протяжении последних двух лет велась при широкой военной поддержке его ближайшего союзника — Соединённых Штатов.

С момента вторжения и массового убийства, совершённых боевиками ХАМАСа и ставших поводом к началу войны, Вашингтон предоставил Израилю военную помощь на сумму, по оценкам, от 16 до 22 миллиардов долларов. Эта поддержка в военное время дополнила ежегодные 3,8 миллиарда долларов оборонной помощи, которые США регулярно направляют Израилю, тем самым ещё больше укрепив военный союз между странами.

Однако, несмотря на то что в Иерусалиме эту помощь в целом ценят, столь высокая зависимость от иностранной поддержки вызывает в Израиле и опасения — в частности, из-за того, какое влияние она даёт США на военные расходы Израиля и определение его приоритетов.

Поскольку соглашение, лежащее в основе ежегодных выплат американской помощи, истекает в ближайшие годы, а в Белом доме находится президент, стремящийся сократить финансовую поддержку зарубежных союзников, да ещё и на фоне недавних болезненных воспоминаний об ограничениях на поставки вооружений во время войны с ХАМАСом, премьер-министр Биньямин Нетаньяху дал понять, что Иерусалим намерен постепенно отказаться от зависимости от американской военной помощи.

Такой поворот может способствовать пересмотру и «перенастройке» американо-израильских отношений и устранению связанных с помощью издержек. Однако аналитики предупреждают: последствия могут оказаться серьёзными — как внутри страны, так и на международной арене. Это способно истощить израильскую казну и одновременно придать импульс враждебным силам.

Отказ от помощи означал бы «гораздо более глубокое снижение влияния США на Ближнем Востоке», предупредил бывший посол США в Израиле Дэн Шапиро. По его словам, такой шаг грозит ослаблением военных связей между двумя странами и требует предельно взвешенного подхода, учитывая потенциально дестабилизирующие последствия.

Несмотря на серьёзные риски, Израиль уже существовал без американской помощи. В 1967 году он воевал без американского оружия и даже после расширения объёмов поддержки находил способы обходиться в условиях ограничений. Так, после того как США во время Второй ливанской войны 2006 года ограничили использование американских кассетных боеприпасов, Израиль разработал собственную усовершенствованную версию.

Для Иерусалима главный вызов в постепенном отказе от помощи Вашингтона заключается в том, чтобы сохранить стратегическое сотрудничество, одновременно сокращая нежелательный уровень внешнего контроля.

Если действовать осторожно, Израиль может многое выиграть, перейдя «от статуса получателя к статусу партнёра Соединённых Штатов», считает бывший посол Израиля в США Михаэль Орен.

«Максимальная независимость»

В интервью журналу The Economist, опубликованном в прошлом месяце, Нетаньяху заявил, что намерен в течение ближайших десяти лет «постепенно свести к нулю» объём военной помощи. Несколько дней спустя на пресс-конференции на иврите он подчеркнул, что стремится к «максимальной независимости» от иностранной военной поддержки — «чтобы мы не оказались без оружия или боеприпасов».

На той же пресс-конференции Нетаньяху выступил с резким обвинением в адрес администрации бывшего президента США Джо Байдена, заявив, что израильские солдаты погибли в Газе из-за «эмбарго», которое, по его утверждению, привело к нехватке боеприпасов у ЦАХАЛа. По его словам, эта политика прекратилась лишь после вступления в должность президента Дональда Трампа.

Премьер-министр неоднократно обвинял администрацию Байдена в ограничении поставок вооружений Израилю, в частности в июне 2024 года. Президент Джо Байден отрицал, что США удерживали поставки оружия, за исключением партии двухтысячефунтовых «бункерных» бомб, опасаясь их возможного применения в районе Рафиаха на юге сектора Газа.

Чтобы подобные ситуации не повторялись, Нетаньяху заявил, что приоритетом для него является создание мощного внутреннего сектора производства вооружений в Израиле. Цель — перевести израильско-американские отношения «от помощи к партнёрству».

По его словам, это будет достигаться за счёт израильских разработок и совместного производства. Причём подобное партнёрство может быть расширено и на других союзников, включая Индию и Германию.

Гиль Пинхас, покинувший в прошлом месяце пост главного финансового советника ЦАХАЛа и Министерства обороны, заявил в интервью Financial Times незадолго до ухода, что Израиль намерен в переговорах с администрацией Трампа по новому меморандуму о взаимопонимании (MOU), которые, по его ожиданиям, должны состояться в ближайшие недели, сделать акцент на совместных военных и оборонных проектах, а не на прямой финансовой помощи.

Предыдущий меморандум — десятилетнее соглашение, подписанное в 2016 году и вступившее в силу двумя годами позже, — предусматривал ежегодную военную помощь Израилю в размере 3,8 миллиарда долларов, большая часть которой направлялась на закупку вооружений американского производства.

Пинхас отметил, что ежегодная помощь — «один из компонентов MOU, который может постепенно сокращаться».

Помощь с двойным дном

Ежегодная военная помощь США Израилю берёт начало в 1979 году, когда Вашингтон обязался предоставлять миллиарды долларов поддержки как Израилю, так и Египту в рамках мирного договора, заключённого при посредничестве США.

Если ранее эта помощь составляла значительную долю военных расходов Израиля, то в последние годы её удельный вес заметно снизился — на фоне экономического роста страны и увеличения собственного оборонного бюджета. В настоящее время американская помощь составляет примерно 15–20 процентов оборонного бюджета Израиля.

Дэн Шапиро, участвовавший в переговорах по меморандуму 2016 года в качестве посла при президенте Бараке Обаме и ныне являющийся старшим научным сотрудником Атлантического совета, отметил, что соглашение основывалось на тщательной оценке угроз и прогнозируемых потребностей Израиля. По его словам, «между нашими сторонами существовал прочный консенсус в том, что мы хотим обеспечить Израилю достаточные средства для самообороны».

Согласно действующему соглашению, Израиль ежегодно получает 3,3 миллиарда долларов в рамках программы Foreign Military Financing — американских грантов, предназначенных для закупки вооружений у США, — а также дополнительно 500 миллионов долларов в год на разработку и закупку систем противоракетной обороны, прежде всего «Железного купола». Впервые финансирование ПРО было формализовано в самом соглашении, что позволило сократить необходимость ежегодных переговоров с Конгрессом.

Хотя эта модель существенно укрепила позиции Израиля — в том числе в сфере противоракетной обороны, совместимости вооружённых сил и закупок, — она наложила и определённые ограничения.

Предыдущие меморандумы позволяли Израилю тратить более четверти выделяемых средств внутри страны, что способствовало развитию собственной оборонной промышленности. Однако администрация Обамы приняла решение постепенно ликвидировать эту возможность — с 26% до нуля к последнему году действия соглашения. К 2028 году вся помощь должна расходоваться исключительно на американские системы вооружений.

Михаэль Орен, занимавший пост посла Израиля в США с 2009 по 2013 год, охарактеризовал нынешнюю модель помощи как обременительную для Израиля. Он напомнил о нескольких случаях за последние десятилетия, когда зависимость от США ограничивала свободу военных действий — в том числе в 2014 году, когда администрация Обамы отложила поставку определённых видов вооружений во время боевых действий в Газе.

По словам Орена, он предупреждал Нетаньяху, что подобная ситуация может повториться в более масштабном и рискованном конфликте — что, по его мнению, и произошло два года назад при администрации Байдена.

Кроме того, по мнению Орена, крупная американская помощь имеет и менее очевидные негативные последствия.

Во времена Обамы и Байдена зависимость от американского финансирования способствовала смещению акцента в сторону оборонительных систем в ущерб готовности к классическим наступательным операциям. Именно это, утверждает он, частично объясняет, почему ЦАХАЛ оказался менее подготовленным к затяжным наземным боям в начале войны в Газе в 2023 году.

Поскольку эти администрации предпочитали, чтобы Израиль опирался прежде всего на оборонительные, а не наступательные действия, американское финансирование концентрировалось на системах ПРО, таких как «Железный купол», заявил бывший посол.

«Мы зависели от помощи, а помощь была выстроена так, чтобы сделать нас оборонительными, а не наступательными… Это не просто создало рычаг влияния — это привело к глубокому и чрезвычайно вредному изменению нашей военной культуры», — подчеркнул он.

Орен призвал Иерусалим постепенно отказаться от ежегодной помощи, сохранив при этом тесное стратегическое партнёрство с США. Такой вариант, по его мнению, позволил бы развивать сотрудничество за пределами сферы военных закупок — в областях технологического взаимодействия, обмена разведданными и совместных проектов.

Это также открыло бы Израилю возможность приобретать вооружения не только в США, способствуя расширению многосторонних связей и снижая зависимость от одного-единственного партнёра.

Подобный шаг мог бы изменить нынешний баланс сил, при котором Соединённые Штаты фактически обладают правом вето на сделки Израиля в сфере вооружений.

Так, в 2000 году президент Билл Клинтон заблокировал почти миллиардную сделку по продаже Китаю самолётов радиолокационного обнаружения Phalcon. Четыре года спустя президент Джордж Буш-младший оказал давление на Израиль в связи с планами обслуживания беспилотников Harpy, ранее проданных Пекину.

По мере того как Израиль стремится укрепить собственную оборонную промышленность, ему придётся опираться на экспорт вооружений для финансирования отрасли. А каждая такая сделка может стать источником трений с Вашингтоном — будь то из-за геополитических соображений или рыночной конкуренции. Чтобы сохранить устойчивость американо-израильских отношений в этих условиях, Израилю, вероятно, придётся ослабить прямую привязку партнёрства к военной помощи и закупкам. Однако маневрирование в рамках новых форм взаимодействия также несёт в себе риски.

Эран Лерман, вице-президент Иерусалимского института стратегии и безопасности и бывший заместитель главы Совета национальной безопасности Израиля, выступает за переход от модели помощи к более глубокому технологическому партнёрству — при одновременном укреплении американской приверженности сдерживанию опасных игроков в регионе.

По его словам, образ США как «банкомата Израиля» сформировал ложное представление о стране как о слабой и уязвимой без американской поддержки. А это подрывает фактор сдерживания — ключевой элемент израильской оборонной стратегии в отношениях с региональными противниками — всякий раз, когда поддержка из Вашингтона кажется колеблющейся.

«Главная трудность, заложенная в [меморандуме], заключается в созданном образе односторонней зависимости, тогда как на практике Израиль также вносит значительный вклад в безопасность США», — отметил он.

В одиночку

Несмотря на ограничения, действующая система помощи остаётся важным фактором стабильности — как в обеспечении цепочек поставок вооружений, так и в интеграции военных структур двух стран. Без неё Израиль может столкнуться с новыми трудностями в планировании, бюджетировании и финансировании закупок вооружений.

США, вероятно, останутся главным поставщиком оружия для Израиля. Однако без финансовых гарантий, закреплённых в меморандуме, Иерусалиму будет сложнее заключать дорогостоящие долгосрочные контракты с длительными сроками исполнения.

Как пояснил Шапиро, нынешняя система контрактов часто опирается на гарантии будущего финансирования по MOU ещё до официального утверждения средств Конгрессом. В отсутствие такого механизма Израилю придётся выработать новые бюджетные инструменты, чтобы убедить поставщиков в своей платёжеспособности и обеспечить устойчивость многолетних соглашений.

Для многих призыв Нетаньяху сократить помощь выглядит как попытка опередить негативные тенденции в американской политике в отношении поддержки Израиля — от демократов, ссылающихся на гуманитарные соображения, до растущего крыла изоляционистов «Америка прежде всего» внутри Республиканской партии.

Со временем Израиль может диверсифицировать круг поставщиков, чтобы снизить влияние этих тенденций. Однако, по прогнозу Шапиро, это не произойдёт быстро — особенно в том, что касается ВВС, которые по-прежнему заинтересованы в американских системах из соображений совместимости, координации с Вашингтоном и взаимодействия с Центральным командованием США (CENTCOM).

Проблема в том, что независимо от наличия или отсутствия меморандума, Соединённые Штаты всегда сохраняют возможность ограничивать продажи вооружений.

Запросы Израиля на поставку крылатых ракет «Томагавк» и стратегических бомбардировщиков нередко отклонялись. Даже при закупке таких систем, как F-35, ЦАХАЛ не получает полного доступа к их операционному программному обеспечению.

«Если одним из факторов роста скептицизма в США по поводу помощи Израилю являются опасения по поводу жертв среди гражданского населения, гуманитарной ситуации и подобных вопросов, — то эти же соображения применимы и к продаже оружия, а не только к вооружениям, предоставляемым в рамках программ помощи», — отметил Шапиро. Он добавил, что Конгресс по-прежнему может устанавливать условия для помощи, проводить проверку сделок и — пусть и редко — блокировать их или ставить дополнительные ограничения.

Отставной генерал ВВС США Чарльз Уолд, бывший заместитель командующего Европейским командованием США, предупредил, что отказ Израиля от американской помощи может облегчить Вашингтону введение ограничений на поставки комплектующих к F-35, ракет класса «воздух–воздух» и других высокоточных боеприпасов.

По словам Уолда, ныне старшего научного сотрудника Еврейского института национальной безопасности Америки, Израиль обладает технологическими возможностями для собственного производства подобных систем, однако ему пока не хватает достаточных промышленных мощностей.

Кроме того, сокращение помощи может стать сигналом для конгрессменов, которые пока колеблются в вопросе поддержки Израиля, что Иерусалим «идёт в одиночку», — а это способно ослабить их политическую поддержку, добавил бывший генерал.

Тем не менее есть основания полагать, что продажи вооружений продолжатся без серьёзных сбоев — благодаря заинтересованности США в том, чтобы их главный союзник на Ближнем Востоке оставался хорошо вооружённым.

«Задача номер один — чтобы Израиль оставался сверхдержавой Ближнего Востока», — заявил Уолд.

Орен добавил, что и оборонные корпорации заинтересованы в продолжении поставок Израилю. Уже сейчас Израиль получает приоритет в очереди на закупку истребителей F-35, поскольку ЦАХАЛ демонстрирует их применение в реальных боевых условиях — и, по его словам, эта тенденция сохранится.

Использование Израилем F-35 производства Lockheed Martin обеспечивает компании «миллиарды долларов бесплатной рекламы», отметил он.

Рискованные последствия

При этом Израиль, вероятно, постарается сохранить ежегодные 500 миллионов долларов на противоракетную оборону. Однако замена оставшихся 3,3 миллиарда долларов в год — что составляет примерно 0,6% ВВП страны — может вызвать внутренние трения, если правительству придётся сокращать расходы по другим статьям бюджета, чтобы компенсировать недостающие средства.

Сокращение финансирования здравоохранения, социальных программ или иных внутренних приоритетов неизбежно вызовет общественную дискуссию о масштабах оборонных расходов. В то же время, по мнению Лермана, при постепенном подходе экономический эффект будет управляемым.

Отказ от помощи несёт и другие серьёзные риски — как для Израиля, так и для США, включая ослабление регионального сдерживания и возможный ущерб процессу нормализации отношений с арабскими странами.

Полный отказ ослабит не только рычаги влияния США на Израиль, но и уровень сотрудничества и совместимости вооружённых сил, подчеркнул Шапиро. Он предупредил о «вторичных и третичных последствиях — о том, как это скажется на влиянии США и их способности защищать свои интересы в регионе, а также какие возможности это откроет для наших конкурентов».

По его словам, постепенный отказ от помощи «почти наверняка приободрит Иран и его союзников в регионе, если они увидят сокращение американской поддержки». Кроме того, это может осложнить усилия по сохранению и расширению умеренной коалиции в рамках Авраамовых соглашений, поскольку многие арабские государства заинтересованы в нормализации отношений с Израилем в том числе для укрепления связей с США и расширения сотрудничества с CENTCOM.

Более того, если США прекратят помощь Израилю, Конгресс может отказаться от сопоставимых пакетов помощи Египту и Иордании, поскольку они увязаны с мирными соглашениями с Израилем. Это, по словам Шапиро, способно повлечь дополнительные негативные последствия.

При отсутствии достаточных американских программ помощи нестабильность в Иордании может «перекинуться на Западный берег, в Сирию, в Ирак», отметил Шапиро, добавив, что Египет в таком случае «просто будет закупать оружие у России и Китая. Это действительно открывает двери для конкурентов США».

Созвучно его позиции, Уолд также считает, что отказ от помощи ослабит влияние США и приободрит противников. По его мнению, вместо дистанцирования от Вашингтона отношения следует укреплять, институционализировать и по возможности модернизировать через новый меморандум о взаимопонимании.

Он предложил расширить совместные разработки вооружений, углубить технологическое сотрудничество и закрепить в следующем соглашении более жёсткие гарантии.

Существуют и способы усилить военный союз вне рамок будущего MOU — например, перебазировать американскую авиацию из Катара в Израиль и разместить там дополнительные силы для укрепления фактора сдерживания.

Страны могли бы даже продвинуться к формальному оборонному договору с гарантиями защиты по образцу статьи 5 НАТО. Однако при этом отмечается, что Израиль исторически сопротивлялся подобным соглашениям, опасаясь, что США получат фактическое право вето на израильские военные операции.

По мнению Лермана, сдерживание можно сохранить и без формального соглашения о помощи — за счёт усиления законодательных гарантий сохранения качественного военного превосходства Израиля в регионе и расширения технологического партнёрства.

Он выступает за углубление сотрудничества с США через совместные технологические разработки, ограничение поставок передовых систем арабским государствам и позиционирование израильской оборонной промышленности как стратегического партнёра Запада.

Источник Times of Israel

Телеграм канал Радио Хамсин >>